Газ как воздух, нефть как заработок, и монополист как угроза
В «Главреде» состоялась пресс-конференция на тему: «Энергетическая безопасность Украины в условиях финансово-экономического кризиса». В обсуждении вопроса приняли участие: уполномоченный Президента Украины по международным вопросам энергетической безопасности Богдан Соколовский, исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко, глава правления Альянса «Новая энергия Украины» Валерий Боровик.
Предлагаем вашему вниманию фрагменты этой пресс-конференции.
Государство ведет себя так, как будто газ у нас стоит как воздух
Валерий Боровик: «Энергобезопасность Украины держится на трех главных китах.
Первое – стабильность и прогнозируемость поставок энергоносителей.
Второе – стабильность и прогнозируемость работы газотранспортной системы как на внешних рынках, так и во внутреннем потреблении.
Третье – диверсификация поставок энергоносителей.
Что нужно, чтобы они работали как положено? Первое – это платежеспособность потребителей. Что бы мы ни говорили, но любое экономическое действие, любой экономический эффект достигается в том случае, если для этого есть предпосылки получения прибыли или хотя бы компенсация затрат, расходуемых на поставку товара. На сегодняшний день этого в Украине не наблюдается.
Государство поступает таким образом, как поступают государства, в которых очень много энергоносителей – Туркменистан, Узбекистан, Азербайджан, Объединенные Арабские Эмираты, Саудовская Аравия, - они дотируют свое население. Там эти энергоносители, в зависимости от государств, стоили или стоят по цене воздуха. На сегодня Украина говорит о том, что мы дотируем свое население. При этом в бюджете нет средств на компенсацию потерь, которые несет компания, поставляющая эти энергоносители. Фактически мы декларируем хорошую социальную политику, не имея при этом на нее средств».
«Ясность и прозрачность формирования рыночных цен внутри страны – это важнейшая составляющая деятельности газотранспортной системы. Если не будет достаточных средств на поддержание этой системы в надлежащем состоянии, не говоря уже о ее модернизации и реструктуризации, не будет и самого понятия этой системы».
«Еще одна возможность бесперебойной работы газотранспортной системы, не говоря уже об энергетической системе Украины, - это наличие средств на модернизацию. Мы говорим: давайте соберем пул инвесторов, сделаем большую модернизацию по всей газотранспортной системе за счет одного инвестора, одной компании, или консорциума этих компаний. Это значит подвергнуть страну очень серьезному риску, поскольку сегодня в мире нет ни единой компании, которой бы не коснулись финансовые катаклизмы. Мы еще не знаем, к чему приведет финансовый кризис во всем мире. Даже очень сильные, крепкие компании могут завтра стать банкротами».
«На сегодняшний день мы можем торговаться по поводу того, кто займется реконструкцией газотранспортной системы, а не бегать с протянутой рукой по миру.
Еще один важный фактор – это прозрачность правил деятельности на энергорынке Украины. Тут я имею в виду и газотранспортную систему, и поставки газа, и энергетическую систему – это поставки электричества и доступ к экспортным потенциалам».
«Очень вяло обращают внимание на собственную добычу. Сегодня в нашей добыче серьезные компании не работают. Почему? Потому что взяли ее в качестве ресурса, пришли к власти, получили право подписи, раздали своим компаниям, а денег у этих компаний на развитие этих добывающих скважин, добывающих возможностей нет».
Четверть газа разворовывается. Ставьте счетчики!
Валерий Боровик: «Я обозначу пять вопросов, которые являются системой выхода из этой ситуации.
Первый – это реконструкция газотранспортной системы по установлению измерительных приборов по всей территории Украины».
«Если мы установим системы измерения на всей протяженности газотранспортной системы, мы получим как минимум 10 млрд. кубометров газа, которые на сегодняшний день расходятся в Украине с помощью теневых схем. 10 миллиардов кубометров газа из тех 40 миллиардов, которые мы на сегодняшний день потребляем.
Дальше - повышение тарифа на транспортировку российского газа. Не до 2,5 долларов, а, как минимум, до 4,5 долларов за 1000 кубометров на 100 км. Да, звучали заявления о том, что можно и 8-9 ставить, потому что у нас монопольное положение. Но если выше 4,5, появляется экономическая привлекательность обходных маршрутов. То есть 4,5 доллара – это нормальная цена за проделываемую Украиной работу».
«Третий вопрос – установление понятных рыночных цен на внутреннем рынке. Каждая компания, которая поставляет природный газ, должна получать не только себестоимость, но и цену за транспортировку, а также свою прибыль».
Четвертый – энергоэффективность. «На сегодняшний день мы предложили несколько энергоэффективных мероприятий. Это и энергоэффективное потребление энергоносителей в бюджетной сфере, это и уменьшение потребления энергоносителей».
«И альтернативные источники. Мы приняли закон «О зеленом тарифе» - довольно неплохой, пошли инвесторы. Но есть маленькая «штучка», которую не сделали в Украине по сравнению с Испанией, Португалией, Германией. Если вы, например, у себя на приусадебном участке устанавливаете ветряк, то можно потреблять энергию только самому, вы не сможете продать ее в сетку. То есть двойной тариф действует только для промышленных предприятий. Немножко не додумали.
Но позитив заключается в том, что есть Закон «О зеленом тарифе», есть его установленные нормы и он уже начинает действовать».
Мировой финансовый кризис – катализатор проблем
Олег Устенко: «Текущий экономический кризис - это также кризис и геополитический, который серьезно влияет на мировые центры тяжести. Основным результатом этого есть увеличение уровня нестабильности, и то, что гарантировать экономическую безопасность в любой стране - Украине, России - становится все более и более тяжело.
Помимо этого, недавние события продемонстрировали, что международный финансово-экономический кризис и с точки зрения энергетической безопасности, достаточно серьезно может повлиять на отношения таких традиционных партнеров, как, например, ЕС и США. Конфликты, которые мы видели с вами внутри стран Евросоюза, когда были проблемы с транспортировкой газа по территории Украины в Западную Европу. Может обнаружиться масса проблем, и катализатором такого рода проблем как раз является международный финансовый кризис.
Кризис уже серьезно ударил по таким важным игрокам на энергетическом рынке, как Россия, Иран, Венесуэла. Мы можем сказать, что «энергетический национализм», который так или иначе, в той или иной форме присутствовал, был частично усмирен».
Чем дешевле газ, тем меньше демократии
Олег Устенко: «Существует достаточно четкая статистическая зависимость между уровнем развития демократических институций в стране и ценой на энергоресурсы. В странах, которых традиционного имеют большое количество энергетических ресурсов, уровень развития демократических институций будет тем ниже, чем выше цена на энергоресурсы. Свидетельством тому являются события в Иране, когда цена на газ и нефть была достаточно высокой, никому даже в голову не приходило думать по поводу лидеров страны, о том, что политика проводится неправильно. И, смотрите, что происходит во время финансово-экономического кризиса: сжимается производство, мировая экономика начинает сжатие, цена на энергоресурсы падает.
При падении цены на энергоресурсы, например, в том же спокойном Иране, где никто не задает вопросов, правильно или неправильно ведется политика, вдруг начинаются относительно демократические изменения, начинаются выборы президента, теледебаты в прямом эфире - вообще невиданная вещь для такой страны».
Неопределенность на рынке нефти: каждый выкручивается как может
Олег Устенко: «Нельзя точно прогнозировать, как ситуация будет развиваться в ближайшие месяцы. С одной стороны, мы видим некоторые позитивные сигналы, приходящие с американского рынка, что постепенно они начинают выкарабкиваться из кризиса. Теоретически это должно влиять на повышение цен на энергоресурсы, что позитивно для стран, которые вырабатывают и добывают нефть и газ. И негативно для такой страны, которая является потребителем, импортером энергоресурсов, как, например, Украина».
«Мое предположение состоит в том, что на протяжении ближайшего года от теперешнего момента, скажем, до июля 2010 года, возможны сильные колебания внутренние по дням на цены на нефть. Но вместе с тем, я не вижу такой перспективы, чтоб она выходила за пределы 80 дол. за баррель. То есть, колебания будут находиться между 70-80 дол. за баррель».
«Это означает, что краткосрочное планирование будет усложнено, среднесрочное можно проводить».
«Сейчас максимальные преимущества из этой ситуации пытаются выжать и страны-импортеры, и страны-экспортеры энергоресурсов. Экспортеры – очевидно, каким образом могут выжимать какие-то преимущества для себя. Такие страны, которые являются потребителями, импортерами энергоресурсов тоже пытаются это сделать за счет транспортных коридоров, которые есть в этих странах, за счет возможностей по хранению энергоресурсов и т. д.»
Последствия кризиса: украинские заробитчаны в России могут остаться без работы
Олег Устенко: «В геополитическом плане, когда речь идет о международном финансовом кризисе, могут быть достаточно серьезные социальные последствия».
«Например, если мы посмотрим статистику, то видим, что многие страны, которые занимаются добычей энергоресурсов, достаточно сильно влияют на миграционные процессы в своих регионах. Если посмотреть на Кувейт, на который приходится 8% мировых запасов нефти, 70% населения – эмигранты, люди, которые въезжают в страну для того, чтобы найти работу».
«Очевидно, серьезные проблемы могут быть и у нашего соседа – Российской Федерации.
До сих пор это локальные проблемы. Есть надежда, что они так и останутся локальными проблемами. Следует четко представлять, что есть достаточное число украинцев, от которых зависим мы с вами здесь, которые работают на территории России в энергетической отрасли. Сокращение этого сектора может негативно сказаться не просто на РФ, и не только на украинцах, которые пытаются заработать там деньги, но и в целом на Украине, поскольку часть денег в Украину поступает как раз за счет этих людей».
Позитивные моменты кризиса: безработица стимулирует производство
Олег Устенко: «При всей такой плачевной ситуации что же тогда может ждать Украину? С одной стороны – это негатив, с другой, это позитивная информация.
Сжатие реального сектора экономики Украины, за которым стоит сокращение рабочих мест, безработица и т.д. – это плохо, плохо, плохо. Но, с другой стороны, это стимулирует экономику и предпринимателей думать о том, каким образом можно было бы более эффективно использовать тот наличный ресурс, который есть.
Экономика Украины - одна из самых затратных экономик мира. Это единственный момент, когда следует думать, делать и предпринимать что-то для того, чтобы снизить энергетическую затратность экономики, дать возможность для ее прорыва».
«Но современный мир устроен так, что он будет развиваться волатильно, и если не подумать сейчас, надо будет думать об этом через три года. Каким образом это можно сделать? У отечественного инвестора нет ни желания, ни денег, ни возможности. Иностранный инвестор напуган, его аппетиты уже снизились. Вот почему так важно сейчас говорить о том, что необходимо изменить инвестиционный климат Украины. Всем уже надоело говорить, что есть огромный уровень коррупции на любом уровне, и в энергетическом секторе, в частности. Это не значит, что ничего нельзя сделать. Можно реализовать быстрые программы, отдельные программы, которые могли бы побороть коррупцию.
Следующий момент – это судебная реформа. Инвестор придет в Украину с надеждой вкладывать средства в энергетический сектор. И что потом? Один суд примет одно решение, другой суд – другое, диаметрально противоположное. Судебная реформа – это то, что назрело в этой стране. И, естественно, все, что касается административных барьеров для проведения бизнеса. Эти те вещи, которые тоже должны быть решены».
Кабальный газовый контракт – самый большой вызов для энергобезопасности Украины
Богдан Соколовский: «Конечно, энергобезопасность Украины сегодня не на том уровне, на котором хотелось бы. Мы берем три сектора – газ, нефть и ядерную энергетику. По всем параметрам Украина, к величайшему сожалению, к этому времени слишком зависит от монопольного поставщика. Причем, от одного монополиста во всех трех секторах.
Самый большой вызов, который мы имеем сегодня, был сформирован 19 января 2009 года в газовой сфере – когда были подписаны невыгодные для Украины газовые контракты и когда цена для Украины на газ была одной из самых высоких в Европе, а за транзит мы получили откровенно самую низкую транзитную ставку. Все это привело к тому, что компания НАК «Нафтогаз Украина», несмотря на активные, достаточно конструктивные действия руководства компании, попала в очень затруднительную финансовую ситуацию вследствие двух факторов: нереформированности украинского газового сектора и кабальных контрактов».
«Следует пересмотреть отдельные положения действующих газовых контрактов. Прежде всего речь идет о положениях, обязывающих Украину выкупать минимальные объемы газа. По этому году было 40 миллиардов кубов, по следующему и дальше – по 52 миллиарда кубов газа в год. Это слишком много, тем более в условиях кризиса, который сегодня во всем мире все еще существует. Такие объемы газа нам просто не нужны.
Де-факто российская сторона согласилась на сегодняшний день не выполнять эти положения. Договоренности на уровне НАК «Нафтогаз" и «Газпрома» есть, и это позитив. Но де-юре угроза санкций будет оставаться до тех пор, пока не будут официально, в установленном порядке, внесены изменения в контракты. Чем это опасно для Украины? Это опасно и в контексте предвыборной ситуации в Украине. В любой момент, если будет политическая воля с российской стороны, нам могут угрожать серьезные финансовые санкции».
Пока Одесса-Броды работает в реверсном режиме, его не существует для Украины
Богдан Соколовский: «С нефтью ситуация немного лучше. Хоть и плохо, но все же какой-то рынок нефти и нефтепродуктов в Украине работает. В значительной мере сегодня нефтяной рынок Украины интегрирован в нефтяной рынок Российской Федерации. Во всяком случае, на 80%. Поэтому, когда сегодня изменяется цена на нефтепродукт и включаются государственные факторы, чтобы урегулировать эту ситуацию, это не всегда срабатывает. По крайней мере, с опозданием по сравнению с тем, как срабатывает это в Польше, Словакии и других странах. Именно потому, что наш рынок больше интегрирован в рынок, который сегодня трудно назвать современным.
Чего сегодня можно ожидать с точки зрения борьбы за поставки нефти? К величайшему сожалению, имея сегодня свой нефтепродукт, мы ввозим 50-70% импорта. Так не должно быть.
Единственный на сегодняшний день фактически безальтернативный выход из ситуации – налаживание поставок, в придачу к российским, из альтернативных источников. Альтернативных источников может быть несколько, но единственным сегодня реальным маршрутом поставок является нефтепровод Одесса-Броды. До тех пор, пока он функционирует в реверсном режиме, что не выгодно ни нам, ни россиянам, до тех пор такого маршрута нет и не будет в Украине. Поэтому говорить об альтернативных поставках нет смысла.
Именно правительство сегодня – и это продолжается больше года – совершенно сознательно сдерживает перевод нефтепровода Одесса-Броды в аверсный режим работы. Все предпосылки для того, чтобы Одесса-Броды функционировал так, как его планировали, есть: экономические, ресурсные, есть готовность украинских нефтеперерабатывающих заводов получать нефть и ее перерабатывать, есть готовность поставщиков, в частности Азербайджана, поставлять в необходимых объемах нефть для Украины и для транзита через территорию Украины, но есть бизнес- и политическая воля нынешнего монопольного поставщика – российской стороны – держать закрытым вход нефти в Украину с Черного моря».
«Конечно, правительство Украины обязано дать указание компании «Укртранснефть» перейти в аверсный режим работы». «В мае-месяце Президент Ющенко издал Указ, в котором расписано уже для детского сада, что нужно сделать, чтобы реализовать этот проект евразийского нефтетранспортного коридора на базе аверсного использования нефтепровода Одесса-Броды. Какие-то работы идут, есть позитивные сдвиги, но есть и некоторые вопросы, которые на сегодня пока не решаются правительством».
Монополизм на ядерном рынке = новый Чернобыль
Богдан Соколовский: «Сегодня о ядерной энергетике говорится немножко меньше хотя бы потому, что, слава богу, НАЭК «Энергоатом» функционирует нормально.
Конечно, россияне хотели бы до сих пор сохранять свое стопроцентно монопольное положение на украинском ядерном рынке. Мотивации достаточно. С другой стороны, до тех пор, пока будет монополист на ядерном топливном рынке, рынка не будет».
«Я более чем уверен, что монополизм на ядерном рынке имеет одно угрожающее последствие: это новый Чернобыль. Кто бы меня ни убеждал в том, что причиной Чернобыльской катастрофы в 1986 году послужили какие-то технические, человеческие или другие факторы, – все это так. Но реальной, фундаментальной причиной Чернобыльской катастрофы стало монопольное положение на ядерном рынке. И мы должны препятствовать этому процессу. Прежде всего, с точки зрения безопасности, а потом уже с точки зрения экономической выгоды.
В Украине вводится концепция диверсификации поставок ядерного топлива. Речь идет об уже реализованном проекте. Следующая фаза – построение собственного производства ядерного топлива. Все должно быть максимально открыто, и тогда все будет в порядке. Тогда ядерный рынок будет функционировать так, как он работает в подавляющем большинстве стран, где есть ядерная энергетика. Сегодня вы не найдете в мире ни одной демократической страны, в которой есть монопольное владение технологиями и монопольное владение всем циклом в ядерной энергетике».
«Монополизм – это всегда расслабление. Но в условиях конкуренции такого быть не может».
Стенограмму пресс-конференции читайте здесь
Читайте также:
Соколовский боится, что из-за России в Украине произойдет новый Чернобыль
