Врачи будут спасать себя сами? Татьяна Катриченко, «Главред» Медицинские работники всерьез взялись за решение собственных проблем – они хотят бороться за свои права, а вместе с тем и за моральную чистоту профессиональных рядов. Правда, инициаторы пока решили не заглядывать в души и карманы медработников, а только создать всеукраинскую общественную организацию медиков, первым шагом которой будет урегулирование спорных вопросов на законодательном уровне.

Людей в белых халатах волнует вопрос социальной защиты врачей и фармацевтов, а точнее – незащищенности. Законодательно пенсии, надбавки и льготы никак не прописаны. Да, в законе «Основы законодательства Украины про охрану здоровья» в статье 77 идет речь о защите медработников, но этого недостаточно. Врачи, по крайней мере, высшего эшелона,  убеждены в необходимости принятия закона «О социальной защите медицинских и фармацевтических работников, работников области охраны здоровья». Соответствующий законопроект уже внесен в Верховную Раду, и один из его авторов народный депутат Лилия Григорович надеется, что его примут без проволочек.

В законопроекте затронуты вопросы страхования медработников, в частности от врачебных ошибок, создания условий с целью исключения вмешательства посторонних в профессиональную деятельность врача, обеспечение служебным автотранспортом. Предлагается льготный подсчет стажа роботы врачей, которые работают в сельской местности. Кроме этого, медики смогут рассчитывать на решение жилищных проблем путем предоставления беспроцентного долгосрочного кредита и 50% скидки при оплате коммунальных услуг. А еще, в идеале, врачи должны обеспечиваться охраной на время исполнения профессиональных обязанностей.

Фельдшер Любовь Бурмак восемь лет назад получила тяжелые травмы после обыкновенного визита к больной.

«Мы выехали на вызов к онкобольной женщине, – рассказывает медик. – А когда приехали, нам открыл двери мужчина в нетрезвом состоянии. Мы зашли в квартиру, собака бойцовской породы стала громко лаять. Когда мы попросили мужчину забрать пса, он ответил нам ругательством. После того, как собака увидела шприц с кровью, набросилась на ноги. Мы начали возмущаться. Тогда мужчина рассердился – выкинул ящик с медикаментами, выгнал из квартиры мою помощницу, а меня, схватив за волосы, стал бить головой об стену. В результате я потеряла сознание. Последнее, что помню, как его жена с криками просила оставить меня в покое. Потом, как рассказывала моя помощница, мне оказали первую помощь, и скорая отвезла в больницу с тяжелой черепно-мозговой травмой. Далее – четыре месяца больничного».

Но справедливости Любовь Бурмак до сегодняшнего дня так и не добилась.

«Я обращалась во все инстанции, в том числе и в Голосеевский районный отдел милиции. Но дело было расценено как обычная бытовая ссора. В открытии криминального дела из-за якобы легких телесных повреждений было сначала отказано. После я узнала, что человек, который меня бил, занимал высокое положение в обществе, был при деньгах. Мне стали угрожать. Даже работники милиции в личных беседах советовали забрать заявление. Хотя если бы медиков, например, приравняли к работникам внутренних дел, то этот случай расценивался как травмы, нанесенные при исполнении служебных обязанностей, и гарантии были бы соответственные».

По словам фельдшера Киевского городской станции скорой помощи, подобные случаи с ее коллегами стали происходить все чаще. Только за последнее время было четыре. Она говорит, что связано это со стрессовыми условиями жизни, от чего люди становятся агрессивнее. Они остро реагируют на опоздания, хотя от медиков же не зависит ситуация на дорогах. Иногда бьют машины. «Был даже недавно случай, когда молодой человек, вызвав скорою помощь, после с ножом в руках требовал наркотические препараты. Медики не застрахованы от грубого отношения пьяных и психически нездоровых людей. А нападения собак – обычное дело», – констатирует Любовь Бурмак.

Еще один вопрос – риск заразиться опасными инфекциями – ВИЧ/СПИДом, гепатитом, туберкулезом. Каждый год прямая опасность заражения ВИЛ-инфекцией возникает у 700 медиков, 120 сотрудников специализированных учреждений заражаются разными формами туберкулеза, а 30% всех медицинских работников инфицированы гепатитом В и С.

«В приемное отделение столичной больницы привезли двадцатипятилетнего наркомана в состоянии крайнего возбуждения, – вспоминает медсестра Алина Панченко. – Когда я помогала сделать парню укол, он специально выкрутился и до крови поранил мне руку».

Молодому человеку сделали анализы и обнаружили СПИД. На следующий день он умер. А Алина провела несколько бессонных ночей, думая о своей жизни, ведь у нее ребенок, муж. И главное – она проводила обыкновенную манипуляцию, при которой не надо надевать перчатки и защищать себя. К счастью, у Алины результаты теста были негативны. Но так везет далеко не всем.

Врачам так же необходимо страхование от врачебной ошибки и юридическая защита от необоснованных обвинений. Пока же медики защищаются по-своему – корпоративной солидарностью.

«Это защитная реакция, иммунитет на недоверие общественности», – говорит Юрий Поляченко, директор Национального научно-исследовательского института хирургии и трансплантологии им. Шалимова.

Медики заговорили и о пенсионном обеспечении работников отрасли здравоохранения, которые не только работают в селе, но и в опасных для жизни и здоровья условиях. Они задались вопросом, почему, например, врачи-лаборанты пенсионного возраста, имеющие дело с биологическими материалами, которые тестируются на гепатит или ВИЧ, все еще работают в больницах, при чем без каких-либо материальных компенсаций? Предлагаемый закон же предлагает считать им стаж так: за один проработанный месяц – полтора стажа.

Таким образом, украинские медики в лице инициативной группы, состоящий не только экс-министра здравоохранения Юрия Поляченко, но и главного кардиохирурга Ильи Емца, представителя Ассоциации психиатров Тины Берадзе, главного онколога Игоря Щепотина, захотели не только выступать с законодательными инициативами, а и объединить врачей в некий союз, который будет, как и любой другой европейский, будь-то немецкой или финской, выполнять функции медицинского профсоюза.

«Мы хотим вернуть внимание и уважение к нашим коллегам, защитить их от проблем, – говорит Юрий Поляченко, екс-министр и глава президии новосозданной общественной организации «Украинский медицинский союз». – Но в первую очередь так мы стремимся начать диалог с нашими пациентами. Нас, медработников, полтора миллиона. И мы все каким-то образом влияем на общественное мнение. И я хочу, чтобы медики, как двадцать-тридцать лет тому назад были элитой гражданского общества. Но сегодня мало кто считается с нашим мнением и объективно расценивает деятельность. А это не правильно. Мы не хотим, чтобы нас все время только использовали. Мы хотим сами для себя делать свою политику, влиять на реформы в охране здоровья. Важно запустить соответствующую национальную программу».

«Профессия врача – в психологическом понимании самая тяжелая профессия, потому что мы каждый день, каждую минуту принимаем решение, от которого зависит жизнь человека, –  уверена Тина Берадзе, руководитель международного центра «Психическое здоровье». – И нам, врачам, надо помогать, чтобы мы могли помогать людям».

«Все время растут требования к медицине, – говорит Владимир Загородний, первый заместитель начальника Главного управления охраны здоровья КМДА. – Задание системы здравоохранения – предоставление высокопрофессиональной и доступной медицинской помощи на современном уровне. Но с другой стороны не надо забывать и о работниках самой системы. Не для кого не секрет, что в этой отрасли самый низкий уровень оплаты труда, отсутствие условий работы для исполнения профессиональных обязанностей. И при этом общество (абсолютно правомерно) требует от медиков качественных услуг – отдать всего себя: душу, сердце, знания. Так же и государство призывает врача исполнять свои обязанности. Но создается такое впечатление, что, несмотря на то, что государство – гарант для граждан Украины в доступности и бесплатности медицины, ответственность все равно лежит на враче».

Хотя на самом деле, главный вопрос в ином – дойдет ли эта помощь до районных больниц, до сельский фельдшеров, если даже пострадавшая киевлянка Любовь Бурмак в это не верит? Женщина с грустью говорит: «У нас не законов и есть хаос, у нас появится закон, но нет гарантии, что он будет работать». Тем более, что до принятия медицинских законов у Верховной Рады руки в ближайшее время, скорее всего, не дойдут. В свою очередь, рядовые медики и не думают, что смогут почувствовать на собственной шкуре, что была создана какая-то общественная организация, призванная защищать их права. «Возможно, через лет десять-двадцать, когда изменится общество и система в целом, врачи не будут вынуждены думать о дополнительных заработках, профессия врача снова будет престижной и уважаемой», – говорят они.