В Генпрокуратуре появились отравители Евгений Евсеев, «Главред» Оказывается, даже в такой «цитадели законности», как Генеральная прокуратура Украины, могут происходить таинственные преступления. В этом на собственном опыте убедился заместитель генпрокурора Николай Голомша, который считает, что его жизнь и здоровье подвергались серьезной опасности прямо в личном рабочем кабинете, расположенном в суперохраняемом здании на Ризницкой.

Странный недуг едва не свел в могилу

История, которая буквально пару дней тому назад стала достоянием общественности, будоражит умы работников Генпрокуратуры уже около месяца. Началось все с того, что у достаточно молодого и энергичного замглавы ГПУ Украины резко ухудшилось состояние здоровья. Обычно бодрый и подтянутый Николай Голомша вдруг сделался вялым и  болезненным. Как признался сам Николая Ярославович, поначалу он старался не обращать внимания на эти проблемы и работать в прежнем ритме. Но, начиная с середины осени прошлого года, с ним стали происходить непонятные вещи: появились странные приступы, доводившие его до полуобморочного состояния, возникло хроническое головокружение, у него ухудшилась память и возникли боли в области  сердца и печени. Сегодня Николай Голомша рассказывает, что «его самочувствие ухудшилось  настолько, что порой, он чувствовал, будто умирает за своим рабочим столом».  

Перемена, произошедшая за месяц-два с этим высокопоставленным чиновником, была настолько разительной, что ее заметило не только близкое окружение Голомши, а даже журналисты, которые имели возможность изредка общаться с ним во время проведения коллегий Генпрокуратуры. Многие были склонны списывать снижение жизненного тонуса Николая Ярославовича на типичные «кабинетные болезни», которыми страдают люди, чрезмерно отдающиеся работе и пренебрегающие здоровым образом жизни. Но подчиненные Голомши отвергали эту гипотезу: они прекрасно знали, что их шеф занимается спортом и регулярно ходит в бассейн. И, тем не менее, лучше ему от этого не становилось. Доктора, за помощью которых обращался замгенпрокурора, только разводили руками – даже комплексное обследование организма Николая Ярославовича не помогло выявить объективные причины столь резкого и стремительного ухудшения его здоровья.

Наверное, любой обычный человек, попав в подобную ситуацию, опустил бы после этого руки и решил, что за всеми этими необъяснимыми явлениями стоит какая-то мистическая сила. Но Николай Голомша имеет за плечами 15 лет работы в органах прокуратуры и привык разгадывать разного рода ребусы. Пытаясь найти логическое объяснение своему недугу, он попросил специалистов санэпидслужбы проверить его рабочий кабинет. Их выводы просто шокировали: в помещении, где Голомша обычно проводит по 10-12 часов в сутки концентрация испарений ртути превышала предельно допустимый уровень в 3-4 раза! Причем максимальная концентрация наблюдалась именно в той части кабинета, где находится рабочий стол Голомши.

Таким образом, выяснилось, что как минимум с сентября по декабрь прошлого года заместитель генерального прокурора ежедневно дышал испарениями ядовитого вещества. Чем же грозила такая «ингаляция» высокопоставленному чиновнику? На этот вопрос по просьбе журналиста «Главреда» ответили токсикологи столичной Больницы скорой помощи. По их словам, ртуть принадлежит к группе тиоловых ядов, которые нарушают белковый обмен и течение ферментативных процессов. Все это приводит к глубоким нарушениям функции ЦНС, особенно ее высших отделов. То есть именно такие симптомы были отмечены у Николая Голомши после ухудшения его здоровья. В условиях постоянной интоксикации малыми дозами ртути у человека появляются упорные головные боли без четкой локализации, постоянная бессонница, нарушения координации движений, спонтанные судорожные  сокращения мышц. Ртуть воздействует не только на физиологическое, а и на психическое состояние: могут возникнуть галлюцинации, появиться постоянное чувство страха, депрессии, ухудшение памяти и умственных способностей. Все это может даже из крепкого человека сделать инвалида, или свести несчастного в могилу. Поэтому жизнь и здоровье Николая Голомши без всякого сомнения подвергались серьезной опасности.

Доказать, что отравление было покушением – непросто

Как сообщила пресс-служба Генпрокуратуры, сейчас состояние здоровья Николая Голомши улучшилось. Он прошел амбулаторное обследование и проходит лечение без отрыва от службы. «Мое состояние здоровья нормализовалось, сердце и печень в норме, большинство анализов - тоже. Употребляю рекомендованные врачами препараты и продолжаю работать»,  - успокоил на днях Николай Голомша журналистов, которые поинтересовались его самочувствием.

В свой «ядовитый» кабинет отравленный замгенпрокурора не заходит уже несколько недель. Перед новогодними праздниками там была проведена демеркуризация, из помещения вынесли всю мебель и сейчас его капитально ремонтируют – меняют отделку  стен, потолка и покрытие пола. Окончания ремонта Голомша пережидает в комнате своего помощника, куда он переселился сразу после обнаружения ртути в своем кабинете.  

Хотя здоровью высокопоставленного прокурорского работника ртутные испарения теперь не угрожают, историю с его отравлением в собственном кабинете рано считать законченной. Чтобы поставить в ней точку, необходимо выяснить, каким образом в кабинете замгенпрокурора образовалась губительная для человека концентрация ртутных паров? Ведь эта история может быть результатом, как естественных природных процессов, так и чьих-то злонамеренных действий, направленных против жизни и здоровья Голомши. Кстати, сам Николай Ярославович, по всей видимости, склоняется к последней версии, ведь вскоре после того, как выяснилось истинная причина его недуга, он обратился к генеральному прокурору  Медведько с просьбой возбудить уголовное дело по факту обнаружения опасных для жизни веществ в его рабочем кабинете. Эта просьба  была выполнена – дело возбудили по статье 348 Уголовного кодекса «Покушение на жизнь работника правоохранительного органа». Сейчас следователи Генпрокуратуры устанавливают и допрашивают людей, которые имели доступ в кабинет заместителя генпрокурора, назначают экспертизы и т.п.

Между тем, шансы прокурорских работников найти отравителей Голомши и уж тем более привлечь их к ответственности, пока что весьма сомнительны. Ведь, по словам самого потерпевшего, источника испарений, то есть шариков ртути, в его кабинете не нашли. И это при том, что эксперты обследовали каждый квадратный сантиметр помещения и даже срывали пол. По большому счету это и неудивительно, ведь, как известно, ртуть легко адсорбируется пористыми телами, в том числе деревом, бумагой, тканью, штукатуркой. Поэтому, если какой-то умелец разлил это токсическое вещество на рабочем столе Голомши (именно возле этого предмета меблировки была зафиксирована максимальная концентрация испарений ртути) таким образом, что  микроскопические частицы жидкого металла впитались в мебель и канцелярские принадлежности потерпевшего, то источник испарений вряд ли будет обнаружен. А если неизвестен источник, то лица, которым невыгодно расследование этого уголовного дела, могут придумать массу версий «естественного» возникновения ртутных испарений в кабинете Голомши – например, заявить, что по роковому совпадению ему достался стол, или стул, сделанный из экологически загрязненных материалов. В этом случае доказать факт покушения на должностное лицо будет весьма непросто.  

Кто же может стоять за покушением на Николая Голомшу, если таковое действительно имело место? Версий на сей счет может быть великое множество: от давних недругов, которым этот прокурорский работник помешал в каких-то сомнительных делах, до коллег, которым этот перспективный государственный советник второго класса составляет серьезную конкуренцию в карьерной борьбе. На последнюю мысль наталкивают, в частности, разговоры о том, что в политических кругах сейчас рассматривается вопрос о возможном назначении Голомши на должность генерального прокурора Украины. Но кем бы ни были вероятные отравители  Николая Голомши, ясно одно, что провернуть такую спецоперацию под силу только очень влиятельным людям. Ведь чтобы незаметно пронести в здание Генпрокуратуры токсическое вещество и разлить его в кабинете третьего или четвертого по важности чиновника этого ведомства – нужно иметь надежный «коридор» в системе охраны Генпрокуратуры и исполнительных «агентов» из окружения самого «объекта покушения». Такие люди, или спецструктуры обычно очень умело заметают свои следы. Поэтому вряд ли сам Николай Ярославович и все украинское общество докопается когда-нибудь до истины в этой темной истории. Тем более, что, как показывает опыт, у отравителей у нас есть все шансы уйти от ответственности.