Рокировка вокруг госимущества Олег Нечаев Государственные финансы и имущество становятся камнем преткновения даже для самых пропрезидентских фракций. Через 100 дней после растянувшегося во времени утверждения Сергея Тигипко на пост главы Нацбанка, парламент разыграл «оптимистическую трагедию» вокруг увольнения главы Фонда госимущества Александра Бондаря.

Последний, после того как табло в сессионном зале бесстрастно высветило цифру 216 «за» его уход, был несколько растерян. Он ведь изо всех сил демонстрировал, что не хочет продолжать карьеру «главного приватизатора». Поэтому от поздравлений дружелюбно настроенных парламентариев Александр Николаевич мягко уклонялся. Впрочем, после первого же  перерыва в заседании Верховной Рады процедура была завершена, и Михаил Чечетов стал новым главой ФГИУ. За два часа барражирования Чечетова над «гнездом приватизации» удалось отметить несколько любопытных моментов.

Решение кадрового вопроса в Фонде проходило в тот момент, когда в Украине не было ни Президента, ни главы его администрации, ни премьера. «На хозяйстве» остался только спикер, поэтому нельзя исключить, что для него это был достаточно серьезный экзамен на умение управлять парламентом. Пусть не с первой попытки, но Владимир Литвин его сдал. С другой стороны, нельзя упустить тот факт, что глава государства не стал лично подталкивать креатуру Виктора Януковича, стремившегося уволить Александра Бондаря любой ценой.  Не стал этого делать и Виктор Медведчук, хотя фракция СДПУ(о), естественно, голосовала в контексте президентских предложений.

Парламентское большинство дало осечку в первом голосовании по нескольким причинам. Во-первых, у многих парламентариев (таких легко найдется по 2-3 в каждой фракции) нашлись серьезные претензии к Чечетову. Кто-то сказал ему о них вслух, кто-то предпочел просто выдернуть карточку. Во-вторых, явка депутатов в четверг оставляет желать лучшего. Нехватка 25 не появившихся законодателей на пользу Верховной Раде не пошла. В-третьих, «большевики» дали «маячок» правительству, которое готовится к голосованию по собственной программе деятельности. Центристы с изяществом бегемота показали, ЧТО может быть, если Кабинет Министров не станет прислушиваться к пожеланиям депутатского корпуса.

Довольным  выглядел лидер «Демократических инициатив» Степан Гавриш. Как оказалось, кандидатуру Чечетова «харьковские» предлагали еще в декабре, в первом круге переговоров о создании коалиционного правительства. Но тогда эта идея поддержки не получила. Зато потом Виктор Янукович выдвинул Чечетова, не проконсультировавшись с «инициативными и демократичными», на что они довольно жестко обиделись. Зато после утверждения нового главы ФГИУ премьер получил два десятка голосов в поддержку своей программы.

Практически не принимали участия в голосовании фракции КПУ и «Наша Украина». Коммунисты дистанцировались по понятной причине – им ничего «не светит» в крупных приватизационных процессах, а имидж оппозиционеров не позволяет заигрывать с властью слишком активно. «Нашей Украине» было важно продемонстрировать собственную неподкупность, ведь по слухам Виктору Ющенко Леонид Кучма пообещал за лояльность премьерское кресло уже через несколько месяцев. Правда, один депутат-«нашеукраинец», Павел Сулковский, все же отдал свой голос за кандидатуру Чечетова. Интересно, чью судьбу он повторит – депутатов, поддержавших Владимира Литвина как спикера и покинувших пристанище союзников Ющенко или Александра Омельченко, проголосовавшего за Януковича, но не отлученного от крупнейшей фракции в парламенте.

Неожиданный конструктивизм проявили ранее непримиримые социалисты и бютовцы. Сначала проигнорировав голосование «по Бондарю», они уподобились кошке, которая в одном известном анекдоте говорит коту: «Если ты меня найдешь, то сделаешь со мной все, что хочешь. А если не найдешь – то я буду за шкафом». Похоже, что Юлия Владимировна и Александр Александрович всерьез рассматривают возможность вбить своими действиями клин между Президентом и премьером. С другой стороны, оппозиционеры рассчитывают в случае необходимости призывать к ответу легитимного главу ФГИУ, а не временщика с приставкой и.о. к должности.

Итак, голосование по ротации главы Фонда госимущества продемонстрировало несколько показательных моментов. Его возглавил номинально «донецкий», но не чуждый другим пропрезидентским силам профессионал. Оппозиция ненавязчиво поиграла мускулами и доказала, что без ее участия весьма непросто проводить какие-либо решения. Отдельные группировки «большевиков» сыграли в самостоятельность, но вернулись на исходную позицию еще до окрика с Банковой. Президент же в очередной раз продемонстрировал премьеру, что тот должен сам разрешать возникающие в результате его кадровых инициатив сложности.

Почему парламент не поддержал с первого раза отставку главы Фонда госимущества Александра Бондаря, выяснял у народных депутатов Тарас Друм.

Николай Онищук, фракция ПППУ – „ТУ”:

- На мой взгляд, сегодняшнее голосование отражает довольно высокий уровень критической настроенности парламента к тому, что происходит в верхних эшелонах власти. Имею в виду то, что действия власти (и в этом недостаток нашей политической системы) не всегда прогнозируемы, публичны и понятны. Думаю, именно этот момент стал катализатором того, что в парламенте не было достигнуто общественного соглашения, несмотря на то, что сам Александр Бондарь подал заявление о своей отставке. Последствиями этих сомнений и некоторого недоверия стали результаты первого голосования. Но, как свидетельствует опыт, Президент доводит до конца свои парламентские инициативы и ключевые назначения. Это дело не стало исключением.

Левко Лукьяненко, фракция БЮТ:

- Проблема замены председателя Фонда государственного имущества сложная. Это проблема приватизации, то есть, преобразования государственной собственности в частную. А от Фонда госимущества во многом зависит, как проходит приватизационный процесс. Конечно, и при Бондаре были случаи, когда предприятие стоимостью в миллионы гривен продавали в десять раз дешевле. Но, все-таки, среди парламентариев преобладало мнение, что Александр Бондарь действовал в более-менее допустимых границах. Поэтому значительная часть депутатов не считала нужным менять председателя ФГИ. С другой стороны, его преемник Михаил Чечетов был в свое время депутатом, многие парламентарии знают его как порядочного человека. Однако ясно, что он не является самостоятельной фигурой, и на этой должности будет действовать в условиях, которые там сегодня созданы.

Георгий Крючков, фракция КПУ:

- Думаю, здесь сыграла свою роль настроенность значительной части депутатского корпуса против любых акций Президента, в особенности против кадровых изменений. Президент руководствовался какими-то своими, неизвестными другим соображениями, и это у многих вызвало неприятие, причем не только у оппозиции, но и у части так называемого большинства. Вы же видите, что именно в таких вопросах большинство не собирается. Это все-таки принципиальная позиция.

Иосиф Винский, фракция СПУ:

- Мотивы у всех были разные. У одних они связаны с тем, кто станет преемником Александра Бондаря. Политическая позиция нашей фракции предусматривала сначала наведение порядка в этой структуре и принятие закона о Фонде госимущества. Надо урегулировать законодательно процесс приватизации больших объектов, а потом уже говорить о персоналиях. Поэтому мы воздержались от голосования. Еще во вторник наша фракция сделала заявление, в котором изложила свою позицию по этому вопросу. Но, к сожалению, это все пошло в песок. И сегодня мы заняли такую позицию, что, сперва следует решить вопрос по существу, а потом уже говорить о конкретных назначениях.

Александр Волков, внефракционный:

- На мой взгляд, консультаций таких, как следует, с парламентским большинством по этому вопросу не было. Как было видно, фракции большинства преимущественно проголосовали „за”. Не голосовали некоторые депутаты. Не хватило всего 10 голосов. Таким образом, я могу сказать, что Кабмин не доработал с парламентом, конкретно с народными депутатами.

Я считаю, что это голосование выразило протест депутатов против того, что на их просьбы относительно своих округов по тому или иному вопросу правительство сегодня не обращает никакого внимания. И они проголосовали так, чтобы привлечь к тому внимание. Я считаю, что это могло стать первым шагом к политическому кризису в отношениях парламента и Кабмина. Я сегодня обращался через телевизионные каналы к правительству. Если там не понимают, что случилось, я скажу. 17 апреля голосование по правительственной программе. А сегодня был первый звоночек. Я три недели назад говорил, что программа пройдет как по маслу. Сегодня я в этом не уверен, так как за этот период между Кабинетом министров и парламентом – конкретными депутатами, а не руководством фракций – ничего не было. А это путь в никуда.